Спасательная служба в горах

Материал нашел и подготовил к публикации Григорий Лучанский

Источник: Малеинов Ал., мастер спорта. Спасательная служба в горах. Пособие для работников спасательной службы и инструкторов альпинизма. Государственное издательство «Физкультура и спорт», Москва, 1940 г.

Введение

За семнадцать лет существования альпинизма в Советском Союзе нашими восходителями не только побиты рекорды, поставленные виднейшими европейскими альпинистами-профессионалами, но и совершен ряд спортивных восхождений мирового класса, которых не добились в свое время лучшие мастера буржуазных альпийских клубов. Альпинисты нашей страны были первыми людьми, поднявшимися на грозные вершины «семитысячников» и «шеститысячников» (вершины выше 6-7 тыс. м над уровнем моря), Памира и Тянь-Шаня, пик Сталина, пик Ленина, Хан-Тенгри, пик Сталинской Конституции, пик 20-летия комсомола. На Кавказе пройдены труднейшие траверсы: Дых-тау — Мижирги, вершины Безингийской стены,  Ушбы и др.

Выросла и окрепла сеть альпинистских лагерей, этих школ мужества, воспитывающих кадры молодых альпинистов. Укрепляясь и разрастаясь, альпинизм завоевал себе прочное место в системе советской физической культуры как вид спорта, имеющий большое оборонное и прикладное значение. Специфические особенности горной обстановки, в которой проходят восхождения и походы, требуют от каждого альпиниста не только физической подготовки, владения спортивной техникой и опыта, они требуют высоко сознательного отношения к каждому шагу, каждому движению как самого альпиниста, так и членов его коллектива. Система советского альпинизма ставит своей целью не только сообщить молодежи чисто технические навыки, но и воспитать чувство ответственности в той непрестанной борьбе с опасностями гор, которая и представляет собой альпинизм.

Надо отметить, что известная часть наших альпинистов и инструкторов не сумела полностью освободиться от чуждых нам влияний буржуазного спорта, от легкомысленного отношения, недопустимого для альпинизма, «этого увлекательного и серьезного спорта» («Правда»). Отсутствие сознательного отношения и чувства ответственности, осложненное технической неграмотностью, лихачеством или недисциплинированностью, неизбежно влечет за собой несчастные случаи. Причиной многих аварий последних лет является небрежное отношение наших альпинистов к правилам безопасности, а в итоге — к человеческой жизни, самому ценному из имеющихся у нас капиталов.

С другой стороны, и наша система организации и подготовки альпинистов не свободна еще от таких недостатков, как отсутствие контроля, слабость политико-воспитательной работы, опять-таки влекущих за собой аварии в горах.

Партия и правительство уделяют огромное внимание охране здоровья советских людей. Безопасностью путешествий в горах ведает в СССР специальная организация — спасательная служба, основной задачей которой является предупреждение (профилактика) несчастных случаев. Кроме контроля и профилактики несчастных случаев в горах, на спасательной службе лежат также и работы по оказанию помощи терпящим бедствие в горах, спасательные работы.

Спасательная служба в Советском Союзе организована с 1938 г. при Туристско-экскурсионном управлении ВЦСПС. До этого все лагеря, школы, походы обслуживались самостоятельными спасательными отрядами. Обеспечением безопасности, восхождений и походов ведал руководящий и учебный состав лагерей и школ. Развитие сети лагерей, все растущее количество самодеятельных туристских и альпинистских групп потребовали организации особого центра, ведающего обеспечением безопасности в советском альпинизме путем контроля и наблюдения за деятельностью  альпинистских  организаций.

Для подготовки соответствующих кадров — начальников спасательных станций и пунктов, инструкторов и радистов спасательной службы — весной 1939 г. была проведена первая 3-месячная школа горно-спасательной службы. Школы комплектовались опытными проводниками из местного населения (сваны, балкарцы, осетины, карачаевцы, казахи, киргизы, таджики) и инструкторами альпинизма, работавшими в лагерях, школах, альпиниадах. Особое внимание было уделено изучению техники горнолыжного спорта, необходимой сотрудникам спасательной службы, работающим в горах летом и зимой.

Во главе спасательной службы, находящейся при ТЭУ ВЦСПС, стоит начальник спасательной службы, в ведении которого находятся начальники спасательных служб районов, подчиненных также соответствующим краевым управлениям ТЭУ ВЦСПС. Начальник службы района ведает всеми спасательными станциями и пунктами, расположенными в ущельях обслуживаемого района, в местах расположения альпинистских лагерей. Начальник отдельной спасательной станции контролирует безопасность альпинистских мероприятий в лагерях, школах, альпиниадах, а в случае необходимости организует необходимые спасательные работы.

Спасательный отряд отдельного лагеря комплектуется из наиболее опытных инструкторов альпинизма, подчиненных по своей спасательной работе непосредственно начальнику   спасательной станции.   Участники спасательного отряда лагеря ведут свою повседневную учебную или иную работу, попутно обеспечивая безопасность всех альпинистских мероприятий, а в случае вызова начальника спасательной станции или отряда немедленно выходят на спасательные работы.

Безопасность горных восхождений и учебных занятий, помощь терпящим бедствие в горах являются в нашей стране не только делом специальной спасательной службы, но и долгом каждого советского гражданина, каждого альпиниста. Безаварийность советского альпинизма, предупреждение самой возможности несчастных случаев могут быть достигнуты четкой постановкой профилактической работы, так как легче предупредить болезнь, чем ее лечить. Обеспечение безопасности в горах, профилактическая работа — основа спасательной  службы  в  СССР.

Техника безопасности восхождений и изучение навыков спасательных работ, введенных в единые программы лагерей и курсов, повышают и оборонные качества альпинистов. Навыки спасательной работы в горах, оказание первой помощи и транспортировка пострадавших полностью совпадают с техникой помощи раненым в условиях горной войны. Люди, проверенные в тяжелых условиях спасательных работ, сумевшие с риском для себя вынести на своих плечах раненого товарища, будут надежными бойцами, разведчиками и санитарами в тех случаях, когда враг посмеет посягнуть на священные границы Страны Советов.

Небезынтересно привести некоторые данные о спасательной службе в капиталистических странах. Спасательная служба, например, в Альпах существует уже не один десяток лет. На многочисленных спасательных станциях (по данным 1939 г., в ведении одного лишь швейцарского альпийского клуба находится 114 спасательных станций и 202 спасательных пункта) работают опытнейшие проводники, прекрасно знающие горные районы, имеющие богатую практику участия в труднейших спасательных работах. В распоряжении спасательных станций имеются превосходные средства для поисков и транспортировки пострадавших. Но весь этот мощный аппарат приходит в движение лишь в тех случаях, когда несчастный случай уже произошел, когда надо выходить на поиски или транспортировку пострадавших или трупов. Удельный вес предупредительной или воспитательной работы ничтожен. Спасательная сеть имеет дело с неорганизованной массой людей: каждый альпинист волен идти, куда и когда ему заблагорассудится, не оставляя никаких следов о своем маршруте.

Несмотря на то, что ряд виднейших альпинистов неоднократно выступал в печати с попытками воздействовать на альпинистов, аргументируя катастрофически растущей статистикой несчастных случаев, все же число аварий увеличивается из года в год. При многолетней работе многочисленных альпийских клубов, при огромном количестве квалифицированнейших альпинистов предупреждение аварий фактически сведено к нулю. Меры воздействия на неорганизованную и, в основном, недисциплинированную массу альпинистов заключаются в советах и чисто платонических увещеваниях. В лучшем случае предупреждением служит публикуемая в печати статистика несчастных случаев, сопровождаемая советами: «каждый сделает выводы сам для себя», «каждый является по существу кузнецом своего счастья» (Г. Блабб). Чрезвычайно характерен для буржуазного альпинизма и тот факт, что попытки введения специального горного кодекса были решительно отвергнуты заправилами буржуазных  альпийских клубов, поддерживающих индивидуализм и погоню за славой во что бы то ни стало.

Ряд виднейших альпинистов, в частности, В. Зигфрид, пессимистически констатируют: «…подтверждается мысль, высказанная много раньше: туристы отправляются в горы с безграничной беззаботностью и страшным легкомыслием. Нет знания дела, нет серьезной подготовки, нет чувства ответственности». Автор объясняет это печальное явление «духом времени»; духом капиталистического времени, — добавят к этому советские альпинисты, — духом буржуазного рекордсменства и спортивного эгоизма.

Причины   несчастных   случаев   и   их предупреждение

Анализируя причины несчастных случаев в горах, мы берем ряд примеров из альпийской практики, а также пользуемся статистикой, характеризующей удельный вес той или иной опасности. На статистике несчастных случаев в СССР, несравненно более бедной, нежели в Альпах, установить эти закономерности несколько труднее.

Статистику несчастных случаев мы регулярно встречаем в швейцарской и немецкой периодике, где она велась в последние годы Г. Блаббом, В. Зигфридом и Р. Виссом. Большое количество несчастных случаев падает на «охотников за эдельвейсами» (редкий цветок альпийской зоны) и на альпинистов-одиночек — явления, нам незнакомые.

Разбирая причины несчастных случаев отдельно для каждого времени года, можно придти к следующим выводам.

 

Несчастные  случаи  зимой

Основной причиной несчастных случаев зимой являются всякого рода лавины, в том числе «снежные доски» — твердые напластования, образованные ветрами, перемежающимися  с  обильными снегопадами.   Несчастные случаи происходят главным образом; при пересечениях на спуске лавиноопасных склонов, по незнанию или по неосторожности, а также при прохождении узких долин после больших снегопадов. Пренебрежение азбучными истинами техники альпинизма, преступное легкомыслие ведут не только к собственной гибели, но и к гибели товарищей. Расчет «на авось» недопустим в альпинизме, каждый маршрут должен быть пройден наверняка. Очень немногим лыжникам и альпинистам удавалось уехать от лавины, вызванной движением по склону, или от лавины, сорвавшейся с вершины. Это нужно запомнить раз и навсегда. Снегопад, метель, туман, затрудняя ориентировку даже на склонах, мало опасных в лавинном отношении, часто служат причиной несчастных случаев с лыжниками, оказавшимися в конце концов на лавиноопасном склоне или под ним. В то же время в условиях нормальной видимости этот склон можно было бы заблаговременно обойти. Известны случаи, когда на склоне лавина, пройдя 50-70 м, засыпала вызвавшего ее человека. В нашей практике можно отметить случай с Тюриным у Юсенги (1936 г.), когда лавина сошла со склона боковой морены ледника, или случай с Бортневым (1939 г.) у языка Терскольского ледника. В обоих случаях небольшие лавины погубили людей, по-видимому, не подозревавших до момента возникновения лавины, что они находятся на опасном склоне и что их жизни грозит какая-либо опасность.

Рудольф Висе, например, приводит случай, когда лавины засыпали по 3-4 и даже по 7 человек, а Зигфрид упоминает о гибели под двумя лавинами 18  солдат и  3  офицеров полка,

Все эти массовые катастрофы происходили в тех случаях, когда, вопреки здравому смыслу, люди шли в непогоду с малыми интервалами.  Паульке в известном труде «Лавины» констатирует: «Если бы люди соблюдали интервалы при прохождении лавиноопасных склонов и долин, смертность от лавин уменьшилась бы на 90%».

Только исключительной осторожностью и соблюдением правил прохождения лавиноопасных склонов можно объяснить благополучный спуск с перевала Кара-Кая группы ДСО «Азот» в феврале 1940 г. Группа вынуждена была ввиду окончания контрольного срока спускаться через два труднейших ледопада и серию лавинных склонов на следующий день после снегопада, увеличившего снеговой покров почти на метр.

Следует также отметить, что особо большая лавиноопасность зимой наблюдается на путях подходов, особенно в узких долинах, которые летом абсолютно безопасны. Переходы через высокие перевалы, например, перевалы Главного Кавказского хребта, особенно обильны лавинами в ущельях, расположенных после ледников, вроде узких сванских ущелий, богатых снегопадами. Высокогорная часть перевалов, за исключением крутых морен и ледников, гораздо менее опасна для перехода; это следует учитывать руководителям    походов    и    работникам     спасательной службы.

Не только изучение самих гор и тщательное соблюдение правил передвижения лыжных групп в горах, но также и изучение метеорологических условий всеми участниками переходов и особенно руководителями может свести до минимума несчастные случаи от лавинной опасности, еще недостаточно изученной. Воздействие снежной массы лавины на захваченного ею человека может быть двояким. Лавина может задушить человека, забив его дыхательные пути снегом; поскольку во время движения образуется завихрение, поднятая снежная пыль забивается в рот и в легкие.  Лавина,  особенно  мокрая,  может  задавить  человека, обычно во время остановки, когда человек сбрасывается в лавинный конус; наиболее опасна в этом случае нижняя часть конуса. В обоих случаях смерть может наступить мгновенно, однако известны случаи, когда по истечении довольно продолжительного времени удавалось спасти человека из плотной лавины, если не был закрыт доступ воздуха. Чрезвычайно интересен случай, приведенный Блаббом, когда спасательный отряд выкопал попавших в лавину и обмороженных, но живых лыжников по прошествии 41 часа после аварии. Конечно, на такой исход, представляющий счастливое исключение, рассчитывать трудно. Известно гораздо больше случаев, когда находившийся почти на поверхности лавины альпинист со свободной головой или рукой не мог самостоятельно выбраться из ледяных тисков и погибал.

Большую опасность представляют также ледниковые трещины. Ровный снежный покров, застилающий трещины, обманывает лыжника, идущего без охранения по безопасному на вид леднику. Пренебрежение к охранению, особенно со стороны опытных людей, не связывающихся и не требующих связывания от участников своей группы, является наиболее частой причиной аварий. Заслуживает внимания тот факт, что из пяти альпинистов, погибших в трещинах зимой за 1935-1938 гг., двое были опытными руководителями групп, прекрасно знающими Альпы. Это служит лишним доказательством того, что зимой на заснеженных ледниках гарантией безопасности при прохождении трещин служат не только опыт и знание местности, но прежде всего соблюдение правил охранения и движения.

Зачастую лыжники отказываются от связывания, чтобы не терять скорости на хорошем спуске по гладкому леднику, тогда как в связке приходится ехать с большим напряжением и сниженной скоростью. Нужно заметить, что лыжня, проложенная через мост над трещиной первым лыжником, не дает еще гарантий прочности лыжнику, двигающемуся вторым или третьим. Практика езды головной группы в связке, а остальных участников без веревок в корне порочна. Веревка не может гарантировать безопасности и в том случае, если группа, едущая в связке, развила чрезмерную скорость. Здесь веревка, наоборот, может даже усугубить катастрофу. Наличие веревки предопределяет медленный и осторожный спуск, но ни в коем случае не скоростное соревнование, усложненное веревкой, дергающей связанных ею  альпинистов.

Упомянем также, что большинство падений в трещины происходит на подъеме. По-видимому, потому, что на подъеме лыжник переносит вес тела то на одну, то на другую лыжу, в то время как при спуске тяжесть распределяется на обе лыжи, на большую опору. Наиболее тяжелые случаи наблюдались при падениях в бергшрунды, нередко осложненные лавинами. В одном случае альпинист погиб, засыпанный небольшим обвалом разрушенного снежного мостика. В нашей практике известен один случай со смертельным исходомпроисшедший при повороте на склоне над трещиной.

Вывод напрашивается сам собой: не делать с хода особенно резких поворотов, сильно перегружающих снеговой покров и допускающих соскальзывание.

Карнизы, нанесенные ветрами, являются также большой опасностью зимой. Такой карниз может обвалиться на группу, проходящую снизу, может обломиться под тяжестью, перегрузившей навес карниза. Особенно опасен подкарнизный нанос снега, лежащий под карнизом с подветренной стороны. Он легко переходит в пластовую лавину под тяжестью людей, от упавшего карниза или иных причин (иногда даже звука), Подкарнизный нанос может образоваться под гребнем, не имеющим карниза, и в таких случаях особенно трудно отличить нанос от остальной снежной поверхности. Опасности карниза не ограничены областью высокогорья. Гребни скалистых гор, даже гребни больших морен, бесснежных летом, зимой зачастую изобилуют огромными свешивающимися карнизами.

Ряд аварий в Альпах повлек за собой излишне смелые прыжки на лыжах с невинных на первый взгляд карнизов. Мощные карнизы представляют эффектное зрелище, чрезвычайно соблазнительное для съемки, но рискованное как для фотографа, так и для лыжника. Переходы под карнизами должны быть решительно отвергнуты, а тем более с остановками для фотосъемок или отдыха. Участок под карнизом, как правило, должен быть обойден и лишь в случае крайней необходимости пройден с предельной быстротой. Обычно (если не всегда) карниз, кажущийся незначительным снизу, при ближайшем рассмотрении оказывается грозно нависшей массой, готовой низвергнуться на головы лыжников. Причиной срыва карниза или подкарнизного наноса может быть даже простое притоптывание лыжами по склону на подъеме.

Каждому альпинисту известно, что погода в горах зимой может весьма быстро ухудшиться. Если метель, туман, снегопад опасны на равнине, то, осложненные лавиноопасностью, в горах они становятся опаснее во много раз. Особенно часты случаи гибели в непогоду среди одиночных туристов или людей, отделившихся от своей группы. Когда по ряду обстоятельств группа вынуждена растягиваться на значительное расстояние (например, при траверсе лавинного склона), после прохождения опасного участка руководитель должен собрать  и   проверить  группу.

Немало аварий происходило из-за недооценки возможности наступления плохой погоды и легкомысленного подбора снаряжения с единственной целью облегчить рюкзак.  В альпийской статистике мы находим трагичные случаи, когда люди отправлялись на лыжную прогулку в горы в солнечный день, чуть ли не в трусах, и замерзали, застигнутые непогодой.

Нередко несчастные случаи происходят с альпинистами, когда они выходят на трудный и продолжительный маршрут, в погоду, внушающую опасения, а у руководителей групп не хватает мужества вернуться обратно. Продолжая маршрут, группа попадает в еще более тяжелые условия. Не оглядываясь на возрастающую опасность, она отрезает себе пути к разумному и ни в коем случае не позорному отступлению без потерь. Одна из заповедей альпиниста гласит: «Лучше отступить десять раз слишком рано, чем один раз слишком поздно». К сожалению, это золотое правило недооценивают многие альпинисты.

Характерным примером такого легкомыслия является авария группы ДСО «Родина» в 1939 г. Группа в составе четырех человек вышла в горнолыжный поход через Кавказский заповедник по маршруту, технически несложному, но продолжительному. Лыжники имели в своем распоряжении ограниченный отпуск (зимние каникулы). К выходу на маршрут погода была неустойчивой: плохая видимость и тяжелый свежий снег в первый и второй день. Невзирая на это, участники группы продолжали двигаться, утомленные, с подмоченным снаряжением и скудным запасом продуктов, взятым из расчета на хорошую погоду. В тумане группа попала в лавину и очутилась на ложном пути. Измокшие и деморализованные, участники похода в самом сложном участке маршрута решают опять пробиваться вперед, но еще раз сбиваются с пути. Истощенные до предела, люди останавливаются на тяжелом спуске на южной стороне хребта, в нескольких километрах от жилья, и здесь трое умирают от истощения и холода. Следует отметить, что все участники,  исключая   спасшегося   Шабсина,   имели   большой опыт походов через труднейшие перевалы и совершили  ряд  серьезных  восхождений  в летних условиях.

Нередки случаи, когда участники группы, деморализованной метелью, разбредались в разные стороны, и это влекло за собой гибель отдельных альпинистов. Причинами такого разброда бывали неверные действия растерявшегося начальника группы, а иногда и инстинкт самосохранения отдельных участников, пересиливавший чувство коллективизма. Примерами таких аварий были переход ростовских альпинистов через Чучхурский перевал в 1936 г. и восхождение группы «Локомотив Юга» на Эльбрус в 1939г. Один из участников группы отстает: он устал либо отморозил ноги. Начальник группы остается с ослабевшим участником и приказывает или разрешает всей группе двигаться вперед. Группа уходит, а двое альпинистов, оставшиеся в пурге и тумане, замерзают, не дождавшись помощи.

В метель и туман надо особенно зорко следить друг за другом, помогать отстающим, быть может, переложить их рюкзаки на свои плечи. В случае необходимости следует разбить бивуак для отдыха или для ночевки, проделывая эту работу силами всей группы, не взваливая ее на одного человека, оставшегося с деморализованным, ослабевшим туристом. Можно в условиях самого жестокого бурана даже при отсутствии палатки выкопать пещеру в снегу и отсидеться до улучшения погоды. Примером может служить отсидка группы Коломенского на вершине Кель-баши перед перевалом  Цаннер зимой  1932 г.

По окончании бури, свирепствовавшей три дня, группа в полном порядке без единого отморожения достигла Местии, заваленной трехметровым слоем  снега.

При движении в тумане руководитель группы не должен    увлекаться    спуском,    не    должен    обгонять своих участников; необходимо дождаться, пока последние, обычно более слабые лыжники проедут опасные места. В хвосте группы всегда должен находиться опытный, сильный лыжник, который, двигаясь последним, по мере прохождения опасных мест или в плохую погоду сообщает руководителю о состоянии группы и особенно о состоянии отстающих. Ложный стыд здесь будет неуместен. Альпинист, чувствующий себя нездоровым или ослабевшим, обязан немедленно сообщить об этом товарищам, чтобы своевременно принять необходимые меры и не ставить под угрозу всю группу.

Статистика несчастных случаев в Альпах отмечает как одну из нередких причин аварий — неуменье ездить на лыжах, которое может превратить даже самые лыжи в причину катастрофы. Известны, правда, сравнительно немногочисленные, случаи наезда на скалы или деревья или такие аварии, как столкновение двух лыжников, оканчивающееся проломом черепа. В одном случае классный лыжник получил тяжелые повреждения на соревновании, наскочив на кучу камней. При неумелых падениях нередки повреждения тела лыжами или палками. Все эти случаи — прямое следствие легкомысленного отношения к проходимым склонам или неумения удержать скорость в пределах разумного. В условиях высокогорья чрезмерное увлечение спортивной скоростной горнолыжной техникой может быть также причиной одновременного падения в трещину всей  группы,  связанной  общей веревкой.

По данным альпийской статистики, около 30% несчастных случаев падает на зиму. В силу отдаленности наших горных районов от городов и небольшой сети зимних лагерей, редкие из которых функционируют зимой, посещаемость гор здесь пока еще  невелика. Одной из первоочередных задач советского альпинизма   является   уничтожение небрежности, развитие зимнего альпинизма. Изучение зимних опасностей и специфики несчастных случаев зимой должно помочь нам найти средства к обеспечению безопасности зимних походов в горах.

 

Несчастные  случаи  летом

В летние месяцы, лыжные переходы и восхождения уступают место лазанию по скалам и хождению по крутым ледяным склонам. Но основные опасности гор — лавины, трещины ледников, карнизы — неотделимы  от гор,  будь то зима  или  лето.

По статистике Р. Висса, две трети всех несчастных случаев летом происходит на скалах. Скалолазание требует от человека большого опыта, осторожности, самообладания, смелости и решительности, умения применять не только технику скалолазания, но и технику передвижения по льду и снегу. Несчастные случаи на скалах могут произойти от падения или срыва, как по причинам, зависящим от самого альпиниста, так и по причинам, от него не зависящим. Зачастую опасности гор в соединении с неосторожностью альпиниста, плохой его подготовкой влекут за собой несчастные случаи, поэтому указанное подразделение несчастных  случаев  в некоторой мере условно.

Следует отметить, что всякое падение на скалах, даже с небольшой высоты (1-2 м), влечет значительно более тяжелые повреждения, чем падения на снегу, на фирне и даже на льду. Зигфрид приводит, например, случай падения на снег с высоты 40 м при восхождении на северную стену Гранд-Жорас, когда упавший остался совершенно невредим. Характер поверхности скал, сильная изрезанность и твердость породы не могут амортизировать удар, который приходится выдержать телу альпиниста, сорвавшегося и упавшего на скалы.

Из непосредственных причин аварий на скалах следует обратить особое внимание на пренебрежение охранением. Известны такие случай, когда участники группы, хотя и были связаны веревкой, но все одновременно продвигались по скалам, требующим попеременного движения. Падение одного из участников неизменно влекло за собой срыв второго участника или разрыв веревки и падение на всю длину веревки (15-30 м). Чревато опасными последствиями и попеременное движение с чрезмерной выдачей веревки, что в конечном счете может привести к тем же печальным результатам.

Ненадежно забитые промежуточные крючья, создающие фиктивное охранение, также оказывались причинами роковых падений, когда после вырванного из породы крюка увеличивалась высота падения сорвавшегося. Известно, что самая крепкая веревка, будучи жестко закреплена, выдерживает тяжесть падающего с превышением от позиции охранения на 1-1,5 м, Правда, охраняющему нередко удается амортизировать удар и при довольно высоком падении (в этом и заключается суть техники охранения), но частичная амортизация рывка все же приходится на тело падающего, вызывая у него тяжелые внутренние повреждения, а иногда и смерть. Неудачный выбор уступа для охранения также может служить причиной аварии, когда недостаточно надежный уступ подламывается и при этом вся группа лишается охранения. Отмечен также ряд случаев, когда даже при падении с небольшой высоты веревка, обведенная вокруг острого уступа, легко перерывалась. Веревочные петли, наложенные на острый уступ, неправильный подхват веревки могут также быть причинами аварий на спуске по веревке. Несколько необычный пример представляет авария 1937 года в лагере «Локомотив». На учебном спуске способом Дюльфера веревкой была задушена участница лагеря. На крутом перегибе скалы выскользнула неправильно взятая участницей спусковая веревка, туго натянутая охраняющая веревка с такой силой придавила к скале шейную артерию, что это повлекло за собой смерть. Авария произошла из-за того, что инструктор не наблюдал за правильным выполнением элементарного  приема.

При использовании основной веревки для спуска некоторые альпинисты на трудных восхождениях допускают грубейшую ошибку, отвязываясь от основной веревки, не переходя при этом на самоохранение. Остановившись без охранения на площадке перед спуском и переходя также без охранения на спуск, альпинист в случае падения рискует оказаться не пойманным охраняющей веревкой. Подобную гибельную ошибку допустил Игорь Чашников при спуске по северной стене Шхельды (1939 г.). На спуске не хватило основной веревки, и альпинист вынужден был подвязать репшнур, продолжая спуск без всякого охранения. Руки не могли выдержать чрезмерного напряжения при спуске по тонкому обледенелому репшнуру, следствием чего было падение с высоты тысячи  метров.

Абсолютно недопустимо развязываться при прохождении коротких и, казалось бы, нетрудных участков сложного маршрута, особенно на большой высоте. В случае необходимости одновременного движения на некоторых участках можно сократить интервал веревки между участниками. Развязывание на нетрудных скалах, допущенное руководителем (при утомленной группе), послужило причиной гибели Александра Малеинова на Дых-тау (июль 1935 г.). Гибель на пике Сталина альпинистов Н. А. Николаева (1933 г.) и Олега Аристова (1937 г.) была вызвана теми же причинами — движением без веревки по гребню над крутыми склонами на высоте около шести тысяч метров.

Руководителям групп следует особенно крепко запомнить эти печальные примеры, точно определяя участок, с которого следует идти в связках. К сожалению, даже некоторые наши опытные альпинисты предпочитают ходить без веревки, которая их, видите ли, стесняет. Истинному альпинисту веревка никогда не мешает, но всегда помогает, и не только на скальных стенах или спусках дюльфером, но и на так называемых легких скалах, на ледниках и при езде на лыжах. Усталость и неуверенность, торопливость и неаккуратность часто могут быть непосредственными причинами срывов, особенно на ломких скалах, при подломившихся захватах, когда альпинист забудет о правилах опробования уступов, о соблюдении трех точек опоры. Альпийская статистика неумолимо регистрирует огромное количество несчастных случаев от подломившихся захватов или уступов, даже на часто посещаемых маршрутах, даже при повторных прохождениях опытными альпинистами известных им путей.

«Живые» камни, за которые при лазании ухватились альпинисты, выламываясь, могут увлечь за собой и людей, бдительность которых усыплена кажущейся нетрудностью и безопасностью маршрута. В Альпах известны многочисленные случаи гибели опытных альпинистов и проводников из-за того, что один из участников группы допускал небрежность.

Чувство ответственности должно быть присуще не только руководителю, но и каждому участнику группы. На долю руководителя выпадает трудная задача — искать путь, прокладывать дорогу, проделывая это с нижним охранением, что в случае падения чревато весьма неприятными последствиями. Поэтому передний на подъеме и спуске должен всегда находиться под надежным охранением, ему не должна грозить опасность от обвалов, которые могут быть вызвать следующими за ним.

Большую опасность на скалах представляет как обычный камнепад, так и камнепад, вызванный альпинистами. Камнепад застигает альпинистов главным образом в кулуарах, на ломких скалах, на гребнях при обходе «жандармов». Камнепад не только может непосредственно поразить альпинистов, но и может вызвать лавину, перешибить веревку, сорвать всю связку. Европейская альпинистская практика знает огромное количество случаев срыва и гибели от камнепада альпинистов всех категорий, от неопытных новичков до первоклассных мастеров. Нам приходилось наблюдать, как при зачетных восхождениях длинной цепочки людей верхние (чаще всего при спуске) задевают подвижные камни, которые, набирая все большую скорость и силу, докатываются до нижних. Врезавшись в группу, камни наносят серьезные повреждения, если только люди не сумели увернуться. Обилием таких камнепадов славится пик Николаева в Цее. Характерен и случай на Джан-Тугане, когда большой камень, неосторожно сбитый участником, вызвал лавину, увлекшую на скалы «тройку», одна из участниц  которой  погибла   (1937  г.).

Практика массовых походов знает случаи, когда камнепады поражали альпинистов даже на осыпях и моренах, особенно затвердевших. Почти все эти происшествия были прямым следствием неправильных действий руководителей групп, неправильной расстановки участников, несоблюдения интервалов, неудачного выбора объектов восхождений, неверной тактики, в частности позднего времени прохождения опасных мест (середина  дня).

Неудачный выбор места для бивуака или отдыха, скопление большого количества людей на тесной площадке также не всегда безопасны. Совершенно недопустимо прохождение большими группами вдоль кулуаров, где опасна не только возможность массового срыва, но и камнепад, который может нанести огромные потери большой колонне. Расчет времени, необходимого для восхождения, должен быть всегда составлен с необходимым резервом; затянувшееся восхождение выбивает альпиниста из графика, заставляет его необдуманно спешить на спуске. Автор вспоминает случай, когда при спуске с Западной Мижирги начавшийся камнепад заставил группу Кропфа, Шпицера и автора отсиживаться перед горлом кулуара в каких-нибудь 150-200 м от подошвы вершины.

Разумные действия группы гарантировали благополучный спуск, который был завершен уже ночью при  полной  безопасности.

Исключительным количеством случаев гибели от камнепада сопровождаются штурмы труднейших скальных маршрутов по северным альпийским стенам Эй-гер, Маттергорн и Гранд-Жорас. Сами восхождения на эти стены, по утверждению буржуазной печати, в 90 случаях из 100 обречены на аварию главным образом из-за лавин и камнепадов.

Несмотря на соблюдение всех правил предосторожности и ранний выход на северную стену Маттергорна, одна группа попала в камнепад, послуживший причиной гибели альпиниста. Как было установлено впоследствии, хотя у подножья стены наблюдалась обычная для утренних часов низкая температура и поэтому не было угрозы камнепада, наверху было значительно теплей (по-видимому, из-за теплого ветра фена) и, следовательно, угрожали камнепады. Автор этих строк при подъеме ранним утром на Шхару по пути Коккина наблюдал камнепад на северной стороне северо-восточного гребня за несколько часов до восхода солнца. Это говорит о том, что абсолютной безопасности от камнепада нельзя гарантировать даже при самых благоприятных обстоятельствах. Только внимание и соблюдение правил безопасности служит гарантией успеха. Советскому альпинизму чужда та погоня за славой и рекламой, для которой выбираются головоломные маршруты, участники которых, по выражению доктора Хуга, «перед выходом уже пожертвовали своей жизнью». С этими альпинистами нам не по пути. Советские люди признают альпинизм как разумный и активный отдых, как вид спорта, навыки которого дадут стране мужественного, сильного бойца, но никак не безумного маньяка, движимого бессмысленной  погоней  за  славой.

Обвалы карнизов происходят и в летние месяцы, особенно при движении вблизи от края карниза, при поисках пологой части гребня. Группы допускают ошибку, двигаясь по карнизному гребню с небольшим интервалом. У всех альпинистов свежа в памяти катастрофа 1939 г., когда карниз, сорвавшийся с гребня Бжедуха, увлек за собой группу Раздеришина. При движении по гребню группу предупреждали о ненадежности карниза. Подкарнизные склоны, как правило, очень круты, отчего подобные аварии зачастую оканчивались  гибелью.

Падения в трещины ледника бывали не только у новичков, не подозревавших о грозящей им опасности, но и у опытных людей. Пренебрежение к веревке влекло за собой и здесь аварии. Только натянувшаяся веревка, которой автор был связан с товарищем, предотвратила неминуемую гибель его в зияющей трещине ледника Кулак. Знание местности и опыт не дают никакого права ходить по опасной местности без веревки. Поучительной аварией такого рода является гибель Глаголева на Айламинском леднике. Один из альпинистов проходил снежный мост, второй вступил на этот же мост, который, не выдержав двойной тяжести,  обвалился.

Много несчастных случаев происходит от непогоды и  опасностей, осложненных непогодой.  В отношении снегопада летом действительны те же законы, что и зимой: не выходить на маршрут в продолжение 1-3 дней после снегопада, переждав, пока с опасных участков не сойдут лавины. Снег, покрывающий скалы, ухудшает условия продвижения, прикрывая захваты и уступы, увеличивает опасность лавин, маскирует белым покровом трещины. Падения на снежных склонах могут произойти также, когда свежевыпавший снег набивается между гвоздями ботинок или между зубьями  кошек, образуя  скользкую  «подушку».

Сопровождаемый снегопадом ветер, переметающий снег, может зачастую вырасти в бурю, угрожающую   альпинисту.

Движение по крутому склону, особенно по гребню, в сильный ветер и снег представляет исключительную опасность. Печальный итог немецкой экспедиции на Нанга-Парбат (Гималаи, 1934 г.), в которую входили опытнейшие альпинисты мирового класса, подтверждает еще раз, что даже опыт и прекрасное знание опасностей гор не могут побороть натиска разбушевавшейся стихии. Виднейшие европейские альпинисты Меркл, Вельценбах и Виланд с шестью носильщиками попали в бурю и замерзли на длинном, но технически  несложном  гребне.

Дождь, заставший альпинистов на скалах, даже нетрудных, почти лишает возможности двигаться дальше по мокрым и скользким скалам. Дождь оказывает разрушительное действие на скалы, особенно у границы снеговой линии, вызывает камнепады в сухих кулуарах  и  моренах, подмывает породу.

Многие альпинисты, застигнутые туманом, оказывались дезориентированными на ледниках, на фирновых полях; блуждая, они оказывались под лавинными склонами. Туман неоднократно заставлял блуждать по необъятным полям Эльбруса даже опытных зимовщиков, прекрасно знающих этот район.

На гребнях вершин особенно опасна гроза, угрожающая альпинистам ударами молнии, поражающей человека или наносящей тяжелые ожоги вплоть до смерти. В 1936 г. один из участников зачетного восхождения на Эрцог (Домбай) вздумал в грозу превратить свой ледоруб в  разрядник и был поражен молнией.

Незнание метеорологических условий, неумение определить приближение непогоды, даже встречающееся иногда незнание метеорологии уживается у нас, к сожалению, с превосходными альпинистскими данными   и  знанием  техники.

Попытка продвигаться в горах в плохую погоду обычно по меньшей мере обречена на неуспех. Надо найти достаточно самообладания и мужества, чтобы добровольно отступить, не растрачивая попусту сил, не обрекая себя на риск. Пережидать погоду, бивуакируя на гребнях, в трудных условиях тоже не всегда рационально, поскольку плохой бивуак сильно истощает человека. Погода в горах очень неустойчива, нужно зачастую «ловить» ее. На трудных восхождениях рекомендуется придерживаться принципа: рано выступать, неспеша подниматься и быстро спускаться, не ускоряя, конечно, темпа спуска за счет безопасности. Говоря о группах, которые преследуют по отношению к невысоким вершинам тактику осады «восьмитысячников», Р. Висе констатирует: «…по-видимому, начинает прививаться опасный обычай выравнивать собственную беспомощность бивуаками. Этим в значительной степени повышается опасность быть застигнутым  плохой  погодой».

Несчастные случаи на ледяных и фирновых склонах, как правило, происходят значительно реже, чем на скалах. Объясняется это, по-видимому, тем, что альпинисты выбирают преимущественно скальные пути для восхождений, иначе число несчастных случаев на льду было бы не меньше, чем на скалах.

Аварии   происходят   здесь   главным   образом   при падениях   верхнего    в    связке,   идущей   одновременно. Этому   способствует   неправильная   техника ходьбы на кошках, особенно при подъеме на крутых склонах, где кошки   ставятся  на   рант  или  на  носок,   а  также  на поворотах  при  хождении  зигзагами.  Так,  зацепившись кошкой одной ноги за другую, сбил самого себя Фукс, погибший  на Эльбрусе  (1931 г.).  При  движении группы  по  вырубленным   ступенькам  особенно  опасны  переходы  со  ступеньки   на  ступеньку   (скрещивание  ног и протаскивание одной ноги между склоном и второй ногой),   а   также   повороты   при   неумении   точно   ступать  на поворотную  ступеньку  или  при  неправильном расположении ступеней.  Промахи и скользящие удары ледорубом   также   могут   вызвать   потерю   равновесия. Связывание    веревкой    без    надлежащего    охранения может    лишь    увеличить    число    жертв    при    аварии. Примером этого может  служить  гибель  четырех комсомольцев   Кабардино-Балкарии    при    восхождении на Эльбрус  в   1936  г.,   когда участники   большой  группы были связаны ее незадачливым руководителем на одну веревку   с   недопустимо   малыми   интервалами.   Достаточно  было  одному   из  участников  поскользнуться   на ледяном  склоне,   чтобы  сорвалась  вся  связка.  Применение   надежного   охранения,   даже   не   крюкового,   а плечевого,  предупредило  бы  в  таких  случаях  грозившую  опасность.

Большой осторожности требует переход мимо сераксов или сбросов на ледопадах, где опасность обвалов не определяется ни временем года или дня, ни погодой (гибель Гаврилова в Айламинском ледопаде в 1935 г., гибель Коляды, убитого ледяным осколком при падении серакса на Шхельдинском ледопаде в 1935 г.). Нелегко заметить плохо держащиеся сераксы альпинисту, проходящему под ними, но, с обратной стороны, обычно ясно будет видна угроза обвала.

Лавинный зонд

Поисковые операции должны быть обеспечены специальным инструментом, прежде всего лавинными зондами и лавинными лопатами. Лавинный зонд — это длинный 3-4-метровый стержень, состоящий обычно из свинчивающихся стальных или дюралюминиевых трубок или прутьев (рис. 3).

На конце зонда имеется специальный наконечник с крючком, на противоположном конце — ручка, облегчающая зондирование в глубоких слоях лавины. Конструкции зондов весьма различны. Предпочтение отдается конструкции, обладающей большей прочностью, хотя бы с некоторым ущербом для легкости, хотя и легкость конструкции имеет существенное значение.

Конец зонда, которым прощупывается снег, при встрече с камнями, дерном или землей, не должен тупиться или забиваться. Вместе с тем при соприкосновении с телом человека зонд не должен наносить ран. При соответствующем движении конец зонда должен осторожно захватить кусочки ткани, дерева, дерна; вытащенные на поверхность, они помогут определить характер препятствия.

Весьма удачно сконструирован легкий зонд-бурав Паульке, позволяющий брать пробу снега на лавиноопасность и зондировать места лавинных катастроф. Зонд подразделяется на ряд трубок, с которыми может одновременно работать большая группа при небольшой глубине лавины; свинтив эти трубки, участники могут вдесятером  зондировать глубокие  места.

В крайнем случае зонды заменяются лыжными палками со снятыми кольцами или   задними   концами   лыж.

В некоторых сомнительных случаях, когда зонд упирается в неизвестное препятствие, неразличимое на ощупь, большую пользу может принести слуховая трубка доктора Кемпбелла, которая представляет собой цельную трубку диаметром 20 мм и длиной в 2,5 м. Нижний конец трубки конусообразно запаян (рис. 4) и сверху к нему прикрепляется слуховой аппарат, сделанный по типу аппаратов для выслушивания сердца и легких. По длине трубка имеет ряд отверстий для доступа воздуха к засыпанному. Трубка доводится до нащупанного препятствия, и работник в слуховой аппарат прослушивает подозрительное место.

Даже при наличии зондов лопаты необходимы для раскопок.    Лавинная   лопата   должна   быть   легкой   и разборной, сделанной из дюралюминия толщиной 1-2 мм либо из стали — 0,8-1,5 мм. Форма лопаты — широкий совок с загнутыми краями и двумя-тремя рифлеными желобками. Клинообразный рубящий конец лезвия дюралюминиевой лопаты усиливается сталью. Лопата имеет разрезной фланец, надевающийся на специальное древко или ледоруб, которые крепятся к лопату с помощью  «барашков»,  затягивающих фланец.

Рис.4

Транспортировка пострадавших

Первая помощь альпинистам, пострадавшим при аварии, оказывается силами спасательного отряда. Для этого необходимо иметь спасательной группе врача-альпиниста. Участники спасательного отряда, пусть даже справившиеся с поисками и имеющие достаточный опыт в транспортировке пострадавших, без должной медицинской подготовки рискуют не определить истинного характера повреждений и могут оказать поистине «медвежью услугу», причинив больному лишние страдания. Врач-альпинист должен привычной рукой наложить швы, вправить несложный вывих, сделать подкожное впрыскивание, не говоря уже о том, что любой участник отряда должен уметь применить искусственное дыхание, наложить шины и жгуты, перевязать раны на любых частях тела, оттереть помороженные места.

Человек, потерпевший аварию, зачастую находится в подавленном или нервозном состоянии, усугубленном физической болью. Теплое товарищеское отношение участников спасательной группы поддержит пострадавшего, он легче перенесет боль, причиненную транспортировкой, и тем самым облегчит работу транспортирующих. Не следует никогда говорить потерпевшему о трудностях и опасностях предстоящего пути, а также о повреждениях, даже если положение опасно и путь очень тяжел. Спокойный, уверенный тон, мягкая дружеская шутка приободрят пострадавшего, вольют в него терпение  и  спокойствие.

При транспортировке чрезмерно чувствительных или требовательных людей следует мягко, но настойчиво заставить потерпеть боль и неудобства транспортировки. У пострадавшего должно создаться впечатление уверенности в опыте и умении транспортирующих. И если даже у участников отряда в действительно трудных условиях и создается некоторая неуверенность, ее ни в коем случае не следует обнаруживать перед пострадавшим. Если по ходу транспортировки или первой помощи и были допущены ошибки, возникли некоторые сомнения, нельзя устраивать дебаты, тем более в присутствии пострадавшего. Если отряд уходит для совещания, осмотра пути или подготовки трассы, один из участников группы обязательно остается с потерпевшим.

Отряд должен работать четко, обдуманно, осторожно. Отработка приемов спуска и охранения должна быть доведена до максимальной автоматичности; следует работать молча, лишь начальник группы немногословно и точно подает нужную команду. Лица, работающие на транспортировке, не должны «копаться», но и не должны — «пороть горячку». Нужно делать свое дело уверенно, быстро, энергично. Быстрота спуска идет не в ущерб четкой организации самого спуска, а достигается путем наиболее быстрого завязывания узлов, быстрой подвески веревок, забивки крючьев,  рубки  ступеней, организации охранения.

После оказания первой помощи пострадавшего подготавливают к эвакуации. Положение пострадавшего и выбор средств переноски зависят не только от трудностей пути, но главным образом от характера повреждения. Пострадавший не должен страдать от непогоды, холода, дождя, снега. Для этого его укладывают или усаживают на сложенные палатки, спальные мешки, прикрывают сверху непромокаемым плащом или палаткой Здарского. Над головой можно сделать для защиты от снега и камней зонтик из пары лавинных лопат или  иных   материалов.

 Как правило, пострадавшего не раздевают, а только распускают для улучшения кровообращения тугие части одежды. Если пострадавшего доставляют на носилках, следует переменить подмокшую одежду, осторожно удалить намокшие части одежды, в случае необходимости разрезав ее по швам. Удобнейшим приспособлением является специальный спальный мешок, расстегивающийся донизу. Можно успешно заменить его парой хороших одеял с петлями и пуговицами по краям.

Следует обратить особое внимание на состояние конечностей пострадавшего, чтобы не поморозить их. На руки нужно надеть сухие варежки и засунуть их в карманы.

На ноги надеть сухие шерстяные носки, обернув их сухой бумагой, сверху надеть еще пару носков и обернуть их курткой или штормовыми брюками. В пути надо осведомляться у пострадавшего; не мерзнут ли конечности, каково самочувствие, не нужны ли своевременные отправления, так как задержка может отразиться на состоянии больного. Для облегчения ухода за альпинисткой следует привлечь женщину, конечно, опытную альпинистку, которая не будет обузой для спасательного  отряда.

Во избежание обморожений не следует накладывать тугие повязки, затрудняющие кровообращение, особенно это опасно в холодную погоду и зимой. Уместно применение липких пластырей. Автору известен, например, случай очень удачной перевязки липким пластырем   тяжелого  ранения   ягодиц.

Пострадавшего обычно кладут на спину, а в случаях повреждения затылка, спины или седалища — лицом вниз. При переломах ребер следует положить пострадавшего на больной бок. При поврежденном животе поднимают колени. При затруднении дыхания пострадавшего переносят в полусидячем положении, делают тугую подушку из мягкого снаряжения.

Следует быть особенно осторожными при повреждении позвоночника или черепа. В таких случаях для транспортировки пострадавшего кладут на твердое фиксирующее основание (доску, лыжи) и переносят с некоторым наклоном тела к долине, чтобы позвоночник был слегка растянут. При переломах конечностей следят за тем, чтобы вес тела не давил на поврежденное место.

Укладка поврежденного в носилки производится втроем-вчетвером. Люди подходят со стороны, противоположной повреждению, становятся на одно колено, заводят руки под спину пострадавшего и мягко и плавно поднимают его с земли. Следует обратить внимание на то, чтобы не завалить голову пострадавшего. Пострадавшего привязывают к носилкам в 2-3 местах ремнями, тесьмой от кошек или репшнуром и затем приступают  к  транспортировке.

 

Выбор пути спуска

В выборе пути для спуска пострадавшего начальнику спасательного отряда следует помнить, что спуск по сравнительно несложным ледникам и скалам все же весьма трудоемкая работа, поэтому трудно рассчитать режим спуска. Вполне вероятно, что группу в пути может застигнуть темнота, что казавшийся легким путь задержит отряд.

Поэтому путь должен быть намечен таким образом, чтобы группе, работающей весь день, не грозили камнепады и лавины. Предпочтительнее более безопасный путь, хотя бы он был технически труднее; более удобный путь рациональнее более короткого. Вместе с тем следует учесть специфику спуска.

Если восходитель выбирает себе пути к вершине по явно выраженным гребням, то при эвакуации пострадавших узкие пути по гребням очень трудно проходить с носилками или с боковой поддержкой. Крутые, но широкие стенки и склоны контрфорсов, выходящих на гребень, трудно проходимые при подъеме, являются удобнейшими путями для спуска с гребня, особенно на веревках. Следует выбирать контрфорс, перемежающийся более или менее широкими террасами. В случае необходимости горизонтальное перемещение пострадавшего (пересечение кулуаров) производят  на  террасах.

При транспортировке по леднику следует выбирать участок, возможно меньше пересеченный трещинами, сильно усложняющими маршрут. Не следует бояться обходов трещин. На леднике, покрытом снегом, первыми двигаются альпинисты, зондирующие трещины, а сами транспортирующие под тщательным охранением могут двигаться по боковым и срединным моренам. Всякого рода «бараньи лбы» и ледниковые гроты следует обходить.

Не следует слишком доверчиво относиться к травянистым склонам ущелий, которые могут преграждаться отвесными скальными стенами (например, на южных склонах ущелий Главного Кавказского хребта). Здесь транспортирующим во избежание скольжения по траве уместно идти на кошках. Ледопады следует проходить по моренам или между скалами и льдом; обход по скалам не рационален; даже нетрудные скалы могут потребовать больше работы, чем снежные конусы лавин или трещин, проходимых сверху вниз. Идущие первыми на ледопаде по крутым ледяным склонам должны после разведки вырубить ступени для транспортирующих, в случае необходимости — забить крючья. Следует избегать  сбросов  ввиду  опасности  обвалов.

При прохождении ледяных склонов основное внимание должно быть обращено на возможность угрозы лавин и камнепадов. Очень крутые ледяные склоны и стены легче всего проходить, опускаясь на веревках. Склоны небольшой крутизны выгоднее проходить зигзагами, по предварительно вырубленным ступеням. Особенно трудны для прохождения краевые бергшрунды, требующие специальной прокладки перил; их желательно обойти по предварительно опробованным мостам. При контроле прочности мостов следует учитывать утроенную нагрузку носилок и транспортирующих.

При спуске по снежникам и заснеженным склонам долин (зимой) следует выбирать путь, наиболее безопасный от лавин. Поэтому траверсирование склонов нежелательно. Если пересечение лавинного склона неминуемо, иногда приходится предварительно спустить с большими предосторожностями лавину, так же как при спуске с гребня придется обвалить карниз. При переходе «снежных досок» нужно учитывать, что пласт, выдерживающий тяжесть одного человека, может обвалиться и вызвать лавину при движении 3-4 человек.

Пологие склоны ледников и долин чрезвычайно удобны для прямого спуска с пострадавшим на лыжах. Выбирая путь спуска, начальник отряда должен учесть все трудные и опасные места и препятствия, продумать заранее способ преодоления их. Особенное внимание следует обратить на свободные спуски по скальным стенам и бергшрундам, с тем чтобы имеющиеся концы веревок соответствовали длине спуска. В сомнительных случаях лучше задержать спуск, предварительно определив возможности спуска разведкой, чем возвращаться обратно с пострадавшим, растрачивая силы отряда и подвергая риску потерпевшего. Здесь руководителю нужно помнить правило «семь раз примерь — один раз отрежь».

 

Извлечение из ледниковых трещин

Извлечение из ледниковых трещин представляет собой особый вид транспортировки, с которого нередко начинается  собственно эвакуация  пострадавшего.

Подъем из трещин можно разделить на «вылезание» легко пострадавших и «вытаскивание» людей с тяжелыми повреждениями.

Наиболее популярным способом вылезания является способ Бильгери. Провалившемуся подают в трещину два конца веревки, закрепленные наверху. Закрепление производится двумя петлями Пруссика, обратные концы которых завязаны на ледовом крюке, забитом в лед трещины или укрепленном на древке забитого в фирн ледоруба. На сброшенных концах веревки находящийся в трещине завязывает узлом проводника две петли и надевает их на обе ноги. Если провалившийся был связан веревкой, он, оставаясь висеть на поясной петле, надевает на одну ногу петли поданной веревки. Концы веревки, идущие к ножным стременам, притягиваются поясной петлей или «подтяжками» к корпусу, во избежание откидываний назад. Попеременной нагрузкой ног (или пояса и ноги) и соответственным подтягиванием и закреплением петли Пруссика ослабленного конца веревки оставшийся на поверхности производит подъем товарища (рис. 8 и 9).

Второй способ вылезания — подъем на стременах Пруссика. При этом способе человеку, упавшему в трещину, подаются два куска репшнура — один около 3 м, другой около 3,5 м. Каждый конец связывается прямым узлом в кольцо. Затем концы завязываются узлом Пруссика на спущенную вниз основную веревку, надежно закрепленную наверху на ледорубе или крюке. Узел более длинного кольца навязывается сверху. В концах петель завязываются стремена (рис. 10). Все петли пропускаются под грудную обвязку, которую следует завязать возможно туже, с расчетом на растяжение при нагрузке. Удобно сделать грудную обвязку через шею, чем достигается симметричность положения корпуса относительно подъемной веревки.

Попеременно передвигая оба узла стремян, провалившийся самостоятельно выбирается наружу. Следует отметить, что при всех случаях накладки узлов Пруссика на веревку последняя при нагрузке начинает закручиваться, что сильно мешает продвижению узлов. Совершенно не закручивается лишь плетеная веревка. Хорошо себя ведет в этом отношении и растянутая мало пружинящая веревка. Следует отметить также, что продвижение на стременах Пруссика при нависающих участках наиболее удобно, тогда как при отсутствии навеса веревка прижимается к стенке трещины и затрудняет продвижение узлов. Для того чтобы проложенная над краем трещины  не врезалась в снег или лед, не перетиралась, следует обить края или врубить в фирновый край трещины древко  ледоруба.

Для облегчения вылезания из трещины следует на 3/4  м ниже края трещины сделать пару ступеней в ее стенке, став на которые, вылезающий может легко перевалиться через край трещины. Во время подъема следует все время следить за состоянием закрепленной веревки на ледорубе или крюке, не допуская их расшатывания.

 Третьим способом подъема из трещин является подъем на якорных крючьях системы заслуженного мастера В. М. Абалакова, применяемых при подъеме по крутым стенам бергшрундов. К специальным якорным крюкам привязываются веревочные петли, и альпинист поднимается вверх попеременной забивкой крюков. Значительно более сложным и трудоемким делом будет извлечение сильно пострадавшего человека, лишенного возможности самостоятельно передвигаться или помочь подъему. Здесь необходимо наличие шеста или носилок, достаточного комплекта крюков, карабинов и репшнура.

Рис.8,9,10 .

Рис.11

Рис.12

При вытаскивании из широкой трещины пострадавшего, подвязанного к носилкам или шесту, применяется способ,    носящий    название    «Сан-Бернар»    (рис.    11)

Следует обеспечить такое положение носилок, чтобы они не терлись о края трещины, затрудняя передвижение и угрожая поранить пострадавшего. Подъемные веревки, спускаются в трещину через специальный карабин, подвязанный к вспомогательному концу из толстой веревки, закрепленному на противоположном конце трещины на крюке. Крепление этого конца на крюке или – лучше — на карабине должно позволить передвигать карабин от одного края трещины к другому. Для этого вспомогательный конец привязывается особым узлом к крюку.

На противоположной стороне трещины забиваются два крюка по ширине носилок. На эти крюки навешиваются карабины. К кольцу этого же крюка привязывается петля Пруссика, фиксирующая веревку, подымающуюся из трещины. Перед этим узлом Пруссика, на том же конце веревки, навязывается узлом Пруссика вторая короткая петля из репшнура, которая другим концом прикрепляется ко второму карабину.

Таким образом, веревки, идущие из трещины, проходят последовательно через карабин оттяжки короткий узел Пруссика с карабином, длинный фиксирующий узел Пруссика, закрепленный на крюке, перегибаются на втором карабине, висящем на крюке, перегибаются в третий раз в карабине скользящего короткого узла Пруссика и далее идут к рукам вытаскивающего (рис. 12). Получается простейший полиспаст, или подвижной блок, при работе которым (без учета трения в карабинах) мы получаем двойной выигрыш в  затрачиваемой  силе.

Поскольку работают две  системы  (по обоим концам   носилок),   вес  подымаемого   делится   пополам,  и каждый работающий на подъеме должен развить усилие не более чем в 20-40 кг.

Применяя блок-карабины, предложенные заслуженным мастером М. Т. Погребецким (рис. 13), можно значительно уменьшить усилие. Блок-карабин представляет собой узкий карабин из толстой проволоки. На одной из дуг на специально проточенной оси находится блочок небольшого диаметра. Этот карабин имеет замок, как  и у всякого карабина.

С помощью таких блоков можно поднять из трещины не только человека, но и провалившуюся лошадь или большой груз. Это особенно ценно в условиях экспедиционной работы, где приходится проводить по рассеченным трещинами ледникам целые караваны лошадей. Нужно лишь обратить особое внимание на прочность  узлов Пруссика  и  карабинов.

Следует отметить, что во всех случаях работы с полиспастом гораздо удобнее применять карабины из толстой проволоки, так как они лучше скользят по веревке. Для облегчения переходов через края трещины вырубаются две ниши, в которые встают принимающие носилки, когда они будут подтянуты к поверхности. При рубке ниш нужно предохранять находящихся в трещине от осколков льда. Применять для закрепления веревки ледяные столбики можно только при отсутствии крючьев, так как такие столбики сравнительно легко подламываются.

Процесс подъема заключается в следующем: перевязав пострадавшего и подвязав его к спущенным в трещину носилкам, группа налаживает подъемную систему. У полиспастов становятся участники, двое — у ниш, двое — на противоположном берегу трещины. Командующий подъемом может работать на одном из полиспастов. По команде полиспастные подтягивают веревки и закрепляют их фиксирующими узлами Пруссика.

Рис.13

Рис.14

После этого разгружаются карабины с подтягивающими узлами Пруссика, последние ослабляются и проводятся вперед к краю трещины. Затем узлы Пруссика затягиваются и веревка опять подтягивается. Одновременно подтягиваются и снова закрепляются фиксирующие узлы Пруссика. После этого процесс начинается снова. Так шаг за шагом производится подъем. Когда носилки дойдут до верха и их карабин упрется в карабин оттяжки, люди, находящиеся на другом краю трещины, ослабляя узлы завязки, протравливают веревку, а полиспастные продолжают подтягивание. Носилки поднимутся горизонтально к самому краю трещины. Два альпиниста спустятся под охранением в вырубленные ниши и примут за поручни носилки.

Подобного же рода система в несколько упрощенном виде может применяться для вытаскивания одного человека другим (рис. 14). Для этого верхний надежно закрепляет веревку с двумя узлами Пруссика и карабином и спускается   по  веревке   в   трещину.   Обвязав   пострадавшего вокруг груди репшнуром или сделав из репшнура сиденье (в зависимости от повреждений), транспортирующий зацепляет за обвязку пострадавшего карабин и привязывает к нему узел Пруссика. Затем налаживается вся описанная система с той лишь разницей, что на отходящий конец веревки на третьем «пруссике» прикрепляется сам транспортирующий. Забираясь вверх над поднимаемым, транспортирующий подтягивает и ослабляет соответствующие узлы Пруссика и, упираясь кошками в стенки трещины, а также используя вес своего тела, продвигает наверх пострадавшего. Задача, конечно, нелегкая, но вполне реальная.

***

К сожалению, у нас почти совершенно забыт еще один очень важный участок, имеющий прямое отношение к безопасности горных путешествий, — строительство высокогорных приютов, которые служат группам альпинистов опорными базами как летом, так и зимой. Высокогорные хижины служат также промежуточными пунктами в оперативной работе спасательных станций. Спасательная служба должна взять на себя не только наметку, но и выполнение   строительства   сети   высокогорных   хижин.

Источник

Спасательная служба в горах
5 (100%) 1 vote
Print Friendly, PDF & Email
Share

Оставьте комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.

Share